Андрей Афанасьев: «Универсиады мне представлялись праздничнее Олимпиад» 03.08.2010

Московская Олимпиада, несмотря на бойкот со стороны ряда западных стран, была признана одной из самых успешных за всю историю. Среди ее участников были четыре представителя Татарстана: фехтовальщица Наиля Гилязова и пятиборка Ольга Рукавишникова, двое судей Габдльнур Мухаметзянов (баскетбол) и Андрей Афанасьев (водное поло). Андрей Александрович рассказал kazan2013.ru не только о московской Олимпиаде, но и об Универсиаде, на которой ему довелось работать судьей.

- Андрей Александрович, сколько раз вы участвовали в Универсиадах, и чем они вам запомнились?

- На Универсиадах я работал трижды. В Канаде, США и Южной Корее. По сравнению с Олимпиадами, где все-таки многое зависит от конечного результата и чувствуется определенная зацикленность, на Универсиадах все-таки атмосфера раскрепощеннее, праздничнее. Сами соревнования проходят более открыто. Показателен тот факт, что на Универсиадах я мог проходить в Олимпийскую деревню, а вот на Олимпиадах это никому не удавалось.
Впрочем, и на студенческих соревнованиях дисциплина была на уровне. Но касалась она организаторов. Например, на Универсиаде в Корее. Там стояли корзинки с мячами, и около каждой из них находились по двое волонтеров, с одной и с другой стороны. В итоге, все равно их растащили на сувениры, но происходило это под «чутким руководством» местного населения.
О чем еще вспомнить? А вот, в Корее абсолютно не было хлеба. Ни нашего обычного, ни даже похожего на лаваш, лепешки. А там работали европейские судьи, бывшие советские, итальянские арбитры, которые больше остальных соскучились по мучной продукции. Мы – по хлебу, они – по своим спагетти, пицце. Вот мы едем с соревнований и упрашиваем водителя, чтобы он остановил около кафе или ресторана, где можно было бы отведать европейской кухни. Водитель ни бельмеса по-английски, но терпеливо нас слушает, кивает чего-то. Наконец, тормознул на улице около девушки-волонтера, которая понимала по-английски и через нее мы объяснились. Она что-то там нащебетала ему по-корейски, он тут же заулыбался, все понял и поехал куда надо. Подождал, пока мы покушали, причем не раздраженно, а с улыбкой.

- Что примечательного можете вспомнить про другие Универсиады? Канада? США?

- В канадском Эдмонтоне мы были как раз в самый разгар «холодной войны». Там прямо на столе в гостинице были книжечки, в которых были указаны телефоны «горячих линий», на которые мог позвонить каждый, кто желал остаться за рубежом. Ладно, за советскими спортсменами приглядывали и чекисты, приставленные к команде, и тренеры. А вот мы, судьи? Мы и жили отдельно от всех, не в Олимпийской деревне, а в простых, каких-то там общагах. И не следил за нами никто. Так ведь не оставались же, не предавали родину. В том же Эдмонтоне к нам подошел бывший украинец и завел с нами разговор. «Ребята, как дела? То-се», – начал нас забалтывать. В конце концов общение вышло на то, чтобы мы остались в Канаде. Мы, конечно, не стали продолжать разговор, сразу же ушли.

- Вы представляли в советском судейском корпусе Казань, которая тогда ничего серьезного из себя в ватерпольном мире не представляла. Не посматривали на вас сверху вниз?

- Не припомню такого. Да что я. Очень много было судей из Армении, хотя серьезного водного поло там не было. Так, играла команда на уровне первой лиги. Но зато судей из Армении на высшем уровне работало больше, чем в остальных республиках – семь человек. Мы даже шутили, что в Армении люди рождаются со свистком в зубах. Во многом это было связано с тем, что судейскую коллегию возглавлял Владимир Рашмаджан. Кстати, в какой-то мере ваш коллега. Ведь Владимир Ваграмович много лет комментировал телевизионные трансляции. Он способствовал своим землякам. К тому же, благодаря неучастию армянских команд в борьбе за медали, их судьи считались самыми нейтральными, что тоже немаловажно. Поэтому у нас несколько лет финалы чемпионата страны судили практически одни армяне.
Что касается международных соревнований, то на финалы там частенько выходили арбитры из несерьезных, в плане уровня водного поло, стран. Например, Бельгия, Турция. До недавних пор в финалах работали греческие арбитры, правда, сейчас уровень водного поло в этой стране поднялся, и греческие арбитры все меньше судят важные игры. С другой стороны, упал уровень выступления российских команд и сборных, теперь наши арбитры стали чаще назначаться на важнейшие матчи.
Что касается уровня судейства арбитров из не ватерпольных стран, то он достаточно высок. У нас же не футбол, не хоккей, больших денег не заработаешь. Нам оплачивают только гостиницу, питание да выдают 60 евро карманных денег на день. Но судьи все равно стараются работать на совесть, чтобы не запятнать своей репутации. С полной ответственностью. Иногда до смешного доходит. Помню, был матч за границей, когда комиссар попросил меня проследить за временем, отведенным на атаку команд. А другой арбитр, испанец, должен был проследить за общим временем матча. Матч проходил в Голландии, в открытом бассейне, дождь шел. Ну, мой приятель и говорит: «Андрюха, да брось ты, кто тут набедокурит?» Вот мы отошли ненадолго. Возвращаемся, а испанец под зонтиком так и стоит, за временем наблюдает. Продрог весь.